Суды трех инстанций отказали правообладателю, указав, что маркетплейс не является продавцом товара, а выступает информационным посредником. КС в целом согласился с тем, что маркетплейс может сохранять такой статус даже при оказании сопутствующих услуг: хранении товара, организации доставки, приеме платежей, рекламе и выдаче заказов.
При этом статус информационного посредника не означает автоматического освобождения от ответственности. КС подчеркнул, что площадка должна не знать и не иметь оснований знать о нарушении, а после получения обоснованной жалобы правообладателя – своевременно принять необходимые меры для его пресечения.
По общему правилу, если правообладатель подтвердил свои права и указал на признаки нарушения, маркетплейс должен приостановить размещение информации о спорном товаре на период, необходимый для обращения в суд или принятия обеспечительных мер. Простая пересылка претензии продавцу не всегда будет считаться достаточной реакцией.
Одновременно КС указал, что маркетплейсы не обязаны заранее проверять каждый товар на предмет возможного нарушения интеллектуальных прав. Такой подход, по мнению суда, нарушил бы баланс интересов и фактически возложил бы на площадки чрезмерные издержки.
Постановление КС формирует более высокий стандарт поведения для маркетплейсов. Они сохраняют защиту как информационные посредники, но должны активнее реагировать на обоснованные обращения правообладателей и повторные нарушения со стороны продавцов.
О том, насколько решение КС было ожидаемым, действительно ли требовалось вмешательство суда и как постановление может повлиять на дальнейшие споры между правообладателями, продавцами и маркетплейсами, рассуждает Роман Лукьянова, управляющий партнер Semenov & Pevzner.
Новое постановление КС РФ – это большой и чрезвычайно важный шаг вперед в развитии судебного правоприменения нормы об информационном посредничестве к маркетплейсам.
Проблема вызревала с 2020 года и к 2026 приобрела такую остроту, которая требовала серьезного и глубокого переосмысления правил привлечения маркетплейсов к гражданско-правовой ответственности за нарушение интеллектуальных прав.
Хотя формально жалоба была подана ООО «Мир Хобби», можно с абсолютной уверенностью считать, что отражала она озабоченности максимального широкого круга не то чтобы отдельно взятых компаний, но целых бизнес-отраслей. Эти озабоченности уже несколько лет касаются пассивности маркетплейсов в содействии привлечения нарушителей к ответственности, в оперативности реагирования, в отсутствии единых стандартов работы с правообладателями, в отсутствии дифференцированной системы пресекательных мер и практически полном отсутствии превенции и профилактики, там, где они очевидно нужны.
До момента оглашения резолютивной части постановления даже у тех лиц, кто непосредственно участвовал как в заседании КС РФ по данному делу, так и при подготовке материалов, не было четкого понимания, к какому решению склониться суд. Это было достаточно сложно определить и из видеозаписи хода заседания.
Итог рассмотрения жалобы, на мой взгляд, представляет собой очень мудрый, обстоятельный и глубокий компромисс, возможно – наилучший, какой мог бы быть в сложившейся ситуации. Конституционный Суд не проигнорировал по сути ни один вопрос, который вызывал неудовлетворенность со стороны правообладателей.
Само решение не признавать норму (ст. 1253.1 ГК РФ) не соответствующей Конституции кажется абсолютно разумным с учетом того конституционно-правового толкования, которым суд наделил оспариваемую статью. В постановлении достаточно большое количество новых формулировок, ранее не встречавшихся в спорах между правообладателями и маркетплейсами. Смею предположить, что в течение следующих 12 месяцев мы будем наблюдать заметную корректировку судебной практики.
